Скандальные конфликты художников, которые перевернули арт-мир

Скандальные конфликты художников, которые перевернули арт-мир

Леонардо против Микеланджело, Малевич против Шагала

Художники – неординарные натуры, более восприимчивые и эмоциональные, чем люди нетворческих профессий. Неудивительно, что между гениями порой возникают конфликты. Причем как на идейно-творческом, так и на бытовом уровне. Случалось, что противостояния и ссоры меняли судьбы художников и отражались на всей истории искусства. Вспомним самые серьезные.

ЛЕОНАРДО ПРОТИВ МИКЕЛАНДЖЕЛО: НЕОКОНЧЕННАЯ БИТВА ТИТАНОВ

Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонарроти жили в одно время, чуть ли не по соседству – во Флоренции. Увы, два гения разошлись не только по взглядах на искусство: между ними случались серьезные стычки и перепалки. 

  В 1503 году обоих пригласили принять участие в оформлении Зала пятисот в Палаццо Веккио. Власти Флоренции хотели увековечить военные подвиги героев пизанской войны. Фрески, над которыми предстояло работать художникам, располагались аккурат напротив друг друга. Признанный мастер, чья слава была в зените, да Винчи решил написать сюжет, посвященный битве при Ангиари: сражение всадников за знамя. Он задумал работу размером 6,6 × 17,4 метра, она должна была стать самым масштабным его произведением. А молодой амбициозный Микеланджело обратился к победе флорентийцев в битве при Кашино и в пику мэтру выбрал не героический сюжет, а бытовой: купавшихся в реке воинов застает врасплох призыв к оружию, и они спешно собираются. Однако битвы титанов не суждено было завершиться. Леонардо решил поэкспериментировать с составами краски и грунтовки, но опыт не удался – фреска начала разрушаться ещё в процессе работы. А потом он получил приглашение сделать другую работу и отбыл в Милан. Фреска осталась незавершённой. Микеланджело тоже не удалось завершить работу – его вызвал в Рим Папа Юлий II, заказавший ему строительство гробницы-мавзолея. Так что нам осталась только легенда о неоконченной битве титанов. 

 Сохранились свидетельства, что пока гении работали в Зале пятисот, между ними не раз случались словесные баталии. Микеланджело, который подчеркнуто пренебрежительно относился к своему внешнему виду, подтрунивал над Леонардо да Винчи, который всегда одевался элегантно (считается, что у него был комплекс из-за своего низкого происхождения). Но более серьезный спор возник, когда решалась судьба блока Дуччо – огромного куска мрамора из копей Каррары, из которого скульптор Агостино ди Дуччо (1418 – 1481) собрался изваять статую Геракла, но при обработке повредил камень, в результате чего посередине образовалась глубокая выемка. Почти 40 лет блок хранился во дворе кафедрального Собора Флоренции. А потом был объявлен конкурс – собрали ведущих художников. Все, включая Леонардо, отказались взяться за работу, а Микеланджело сотворил из него «Давида». Да Винчи тогда сказал, что «презирает ваяние по мрамору как искусство низшего сорта, и как удел простых ремесленников». А Микеланджело, напротив, считал именно скульптуру высшей формой искусства и посчитал заявление личным оскорблением.

КАРАВАДЖО ПРОТИВ ДЖОВАННИ: ИЗЯЩНАЯ МЕСТЬ

Родители назвали его Микеланджело, однако в историю этот художник вошел под именем Караваджо – так называется местечко в Ломбардии, где он родился. Но, как и у Микеланджело Буонарроти, у Караваджо был сложный характер. Однако в отличии от гения Возрождения один из крупнейших художников ХVII столетия и яркий представитель барокко был общительным малым. Но очень вспыльчивым. Большинство дошедших до нас историй о нем можно было бы начать с фразы: «Однажды Караваджо поссорился с…». Биографию видного мастера сегодня изучают по показаниям свидетелей многочисленных стычек и драк, в которые ввязывался Караваджо, и которые потом разбирались в судах. Две из них закончились убийством соперников, из-за чего художнику пришлось бежать сначала из Милана, а потом из Рима. Караваджо везде поражал своим мастерством и предельно точными, реалистичными, но жестокими сюжетами, и нигде долго не задерживался. Из Рима бежал в Неаполь, а откуда на Мальту, где «поссорился с каким-то законником, нанес ему какое-то оскорбление и был заключен в тюрьму, но под покровом ночи бежал на остров Сицилию», читаем мы в биографии, написанной Джованни Бальоне. «Спасаясь от преследования, Микеланджело вынужден был вернуться в Неаполь, но враг все же настиг его и здесь и изуродовал ему лицо до неузнаваемости», – пишет Бальоне. В итоге в возрасте 38 лет Караваджо скончался от лихорадки. «Лишенный помощи, он через несколько дней скончался, умерев так же нелепо, как жил», – заключает Джованни.

  Ирония судьбы состоит в том, что за эта биография, ставшая хрестоматийной, написана врагом Караваджо. Художник попадал под суд, по крайней мере, 11, но самое громкое разбирательство было как раз с Джованни. Бальоне написал картину «Любовь божья и любовь профанов», которая была то неудачной «цитатой», то ли тонкой насмешкой над «Амуром-победителем» Караваджо. В ответ тот написал про Джованни издевательские стишки, где называл его «дрянью, рогоносцем и поношением живописи». Бальоне подал в суд и выиграл: Караваджо провел две недели в тюрьме. Но настоящей местью стала биография, где Джованни расписал «насмешливый и высокомерный» характер оппонента во всех красках, не отрицая, правда, его талант. А вот Караваджо считал Джованни посредственным художником. Искусствоведы с ним согласны, зато жизнеописание о Караваджо стало очень популярно и наиболее полно повествует о судьбе великого задиры ХVII века. Но, учитывая личную вражду художников, сложно судить о достоверности его оценок. Такая вот вышла месть – вписавшая оба имени в историю искусства.

ВАН ГОГ И ГОГЕН: ОТ ЛЮБВИ ДО НЕНАВИСТИ

История отношений этих художников стала притчей во языцах.

Винсент Ван Гог мечтал создать коммуну художников, где бы единомышленники могли бы жить вместе и свободно творить. В 1888 году он снял четыре комнаты в жёлтом доме на площади Ламартин в Арле. И пригласил своего друга Поля Гогена пожить и поработать сообща. Когда Гоген приехал, Ван Гог был счастлив. Винсент восхищался другом и объявил его главой Южной мастерской. Он надеялся, что вскоре к ним присоединятся его брат Тео, Эмиль Бернар, Жорж Сера и Шарль Лаваль. Однако мечта об артистической коммуне разбилась о лодку быта.

   Художники не сошлись характерами, да и во взглядах на искусство обнаружились разногласия. Гоген был всем не доволен: его утомляла плохая погода и безденежье. «Мы с Винсентом на все смотрим по-разному, и вообще, и в особенности в вопросах живописи. Он романтик, а меня, пожалуй, скорее влечет примитив. Что до цвета, ему ближе хаотичные мазки в духе Монтичелли, а я терпеть не могу мешанину фактуры…», – писал Гоген своему приятелю, художнику Эмилю Бернару. Ван Гог и Гоген ссорились каждый божий день. В результате одного из скандалом Гоген не выдержал и покинул «Желтый дом» – отправился ночевать в отель. Ван Гог преследовал его по ночной улице с бритвой, в итоге Гоген спасался бегством. Наутро выяснилось, что той же ночью, в приступе безумия Ван Гог отрезал себе ухо и отдал его даме легкого поведения. История стала легендарной, и оставила потомкам знаменитый портрет с отрезанным ухом.

 После Ван Гог долгое время провел в психиатрической лечебнице, а Гоген решил оставить Европу и оставаться на Таити, где спустя несколько лет умер от сифилиса, который, возможно, подхватил в одном из кабаков Арле. Тем не менее, период совместного проживания в «Желтом доме» стал один из самых плодотворных в творчестве обоих авторов. Эти работы сегодня составляют «золотой фонд» многих европейских музеев.

ПИКАССО И МАТИСС: ДРУЖБА КАК СОПЕРНИЧЕСТВО

Между Пабло Пикассо и Анри Матиссом всегда царил дух соперничества, которое не только подстегивало каждого из них, но и изменило курс современного искусства.

  Они познакомились в 1906 году, когда Матисс уже был известен, а Пикассо только начинал свой творческий путь. Тогда Пабло написал портрет Гертруды Стайн, и обратил на себя внимание признанного мастера. К тому моменту Матисс начал использовать яркие неестественные цвета в портретах, движение получит название «фовизм», и Пикассо пришел в мастерскую художника, чтобы познакомиться поближе и посмотреть на его опыты. Пикассо был потрясен, а ведь он сам хотел вершить революцию в искусстве. Через год он создал первую свою картину в стиле кубизма – «Авиньонских девиц». Матисс окрестил назвал ее пародией и, собственно, из его критического высказывания («…презирает форму, и все вещи — города, дома, фигуры сводит к геометрическим схемам и кубам») родился термин «кубизм».

  Оба художника пристально следили за творчеством друг друга. Увидев, как Матисс вдохновляется африканскими масками, Пикассо тоже обратил свое внимание на древнее искусство. Он начал покупать старинные маски и статуи, ища в них вдохновение. Он не знал, что ему приносят украденные предметы, его поставщик древностей Жери Пьере воровал даже в Лувре. А в 1911 году из музея пропала «Мона Лиза», в результате и преступления Пьере вскрылись, а Пикассо попал под подозрение и был арестован. Его квартиру обыскивали, надеясь найти пропавший шедевр… 

   Несмотря на сей драматичный эпизод, обращение к древней культуре стало новым этапом как для Пикассо, как, впрочем, и для у Матисса. Соперничество заставляло их искать новые формы и приемы. Это были художники разных темпераментов: Матисс – мягкий и спокойный, Пикассо – дерзкий и эксцентричный. Но, между ними была глубокая связь. Они относились друг к другу с уважением и теплом. Когда Матисс скончался в 1954 году, Пикассо написал серию работ в память о нем, где воспроизвел его любимые мотивы. Франсуаза Жило, возлюбленная Пабло, написала в своих мемуарах: «Из всех художников, которых Пабло знал и навещал в те годы, что я с ним провела, никто не значил для него так много, как Матисс». 

МАЛЕВИЧ И ШАГАЛ: РОКОВОЙ ВИТЕБСК

   Казимир Малевич сыграл в судьбе Марка Шагала роковую роль. 

В 1919 году Шагал основал и возглавил Витебское художественное училище, он считал его делом всей своей жизни. Чтобы создать в небольшом городке школу нового искусства, он привлекал художников-новаторов, пригласил и Малевича. Когда Шагал объявил о прибытии в школу нового преподавателя, на звезду авангарда собрались посмотреть все студенты. Малевич молча, размашистыми шагами, взошел на подиум-сцену где продолжил исполнять нечто вроде гимнастических упражнений. Эффект был оглушительный. Вскоре Казимир основал в Витебске объединение УНОВИС («Утвердители нового искусства»), куда вступили почти все студенты.

    Шагал терял учеников и веру в себя. Малевич обучал супрематизму за считанные месяцы, живописное искусство Шагала требовало времени. Уновисовцы расписывали в супрематической манере трамваи, оформляли интерьеры госучреждений и городские фасады, и все принималось на «ура». Когда же Шагал взялся за оформление города к годовщине Октябрьской революции, его постигла неудача: ни народ, ни власть не поняли агитационные плакаты и декорации с летающими евреями и зелеными коровам. К тому же, вышло так, что квартиру Шагала занял Малевич, да и зарплата у преподавателя была в разы больше, нежели у директора школы. За те полгода, что Малевич пробыл в Витебске, Шагал был доведен до отчаяния. Супрематист отбыл на выставку в Москву в 1920-м году – его провожал весь город, поезд был украшен «Черным квадратом», он уезжал триумфатором. Тогда же Витебск покинул Шагал, тихо и без фанфар. 

   Судьба уготовал им разный финал. В Москве Малевича настигли обвинение в шпионаже, тюрьма, нищета, раковая опухоль свела его в могилу в возрасте 56 лет. Шагал уехал в Париж, где стал лауреатом премии Эразма и кавалером ордена Почетного легиона, по просьбе Шарля де Голля создал роспись 20-метрового плафона в парижской Опера Гарнье, и, вопреки всем правилам, удостоился прижизненной выставки в Лувре. Умер в 97 лет признанным мэтром в своем доме под Ниццей. За 12 лет до смерти по приглашению Министерства культуры СССР Шагал посетил Москву и Ленинград, но в родной Витебск ехать отказался. 

   Кто знает, добился бы всего этого художник, если бы не те роковые полгода негласного соперничества с Малевичем? 

Источник: mk.ru

Похожие записи

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *